В СОЗВЕЗДИИ ГЕРОЕВ

 

Память — священна

Бывая в Москве, я всегда устремляюсь на Поклонную гору — в Центральный музей Великой Отечественной войны. В возвышающимся над ним куполообразном Зале воинской славы на стенах золотом выбиты имена всех Героев Советского Союза. С трепетом обхожу зал, находя в нем имена Героев-приморцев. И особенным среди них для меня является имя Василия Лукьяновича ПОЛЕЩУКА - первого из уроженцев Приморья, воевавших в составе действующей армии, Герое Советского Союза. Именно о нем моя повесть «Высота» - результат кропотливой работы в Центральном архиве Министерства обороны СССР, совете ветеранов 21-й Краснознаменной стрелковой дивизии и многочисленных встреч с его родными, в том числе и с матерью Зинаидой Даниловной ПОЛЕЩУК, прах которой покоится на погосте Арсеньева.

Его брат Алексей, сестры Вера и Любовь также жили в Арсеньеве и немало потрудились на благо города. И мама, и сестры с братом стали глубоким источником информации о Василии «домашнем», о некоторых боевых эпизодах, рассказанных им лично, что было важным для полного раскрытия его образа. Свой большой вклад внесла и Светлана ЛЕВАДНЯЯ, в то время директор краевого музея профтехобразования, предоставившая мне копию материала, в котором он сам рассказывал о подвиге на Свири комиссии Великой Отечественной войны по увековечению подвигов Героев. Именно наш с ней тандем путем серии публикаций в краевой прессе о В. Полещуке и обращений к краевым властям с просьбой увековечить его имя добился присвоения крупнейшему в Приморье сухогрузу ВБТРФ названия «Василий Полещук». А на здании училища, где он получил профессию моториста, после чего стал старшиной катера на каботаже, была вывешена его мемориальная доска, которую довелось открывать и мне.

 

Василий Полещук родился в с. Кабарга Шмаковского (ныне Лесозаводского) района. Но в связи с вышесказанным мы вправе считать его и своим, арсеньевским. Ведь все его кровные родственники жили, работали и похоронены здесь. В свое время, к празднованию 60-летия Победы в Великой Отечественной войне, на средства редакции «Бизнес-Арс» был изготовлен и установлен на могиле Зинаиды Даниловны новый памятник, обустроена погребальная площадка. Но еще большее право открыть нашу рубрику в честь 70-летия Победы подвигом В. Полещука потому, что он — ПЕРВЫЙ!

Сам Василий Лукьянович прошел многими дорогами войны. Начинал ее сержантом, врио командира взвода под Ленинградом, где и совершил свой героический подвиг, а закончил войну в Берлине майором, командиром стрелкового батальона. К сожалению, он трагически погиб в 1952 году в Тувинской АССР, где и похоронен в г. Кызыле. Его имя выбито золотом не только на стенах главного в России Зала славы, но и на мемориалах Боевой славы Ленинграда (Санкт-Петербурга) и Владивостока — на Корабельной набережной.

 

Прелюдия подвига

 

21-я стрелковая дивизия, подразделения которой базировались под Спасском-Дальним, убыла на фронт 2 сентября 1941 г. - первым из приморских соединений. А уже 27 сентября она вступила в бой под Лодейным Полем, у электростанции Свирь-3. Ее передали в состав 7-й Отдельной армии, главная задача которой была не дать финнам прорваться на этом участке фронта на соединение с немцами и тем самым не позволить замкнуть второе кольцо блокады у Ленинграда, что окончательно удушало его и обрекало на смерть.

21-й стрелковой у Свири противостояла лучшая из финских дивизий: 14-я егерская, немало попортившая Советам крови в недавно минувшей войне, мощный таран финской армии в первые недели ее наступления на Карельском полуострове.

...Временно исполняющий должность командира взвода Василий Полещук получил приказ от командира роты Скворцова оседлать высоту у дороги, ведущей из Петрозаводска, занятого финнами, к Ленинграду. По ней враг, форсировавший в этом месте реку Свирь, свободно передвигался к югу, накапливая войска перед броском на Тихвин, где финны и должны были соединиться с немцами. Как только Полещук окопается на высоте, к нему подойдет вся рота и вступит в бой. События выдались на начало ноября 1941 года — в канун годовщины Октября.

В результате ожесточенных боев дивизии во взводе Полещука осталось вместе с ним всего 10 красноармейцев. Одиннадцатого он по пути на высоту отобрал у двоих конвоиров, ведущих в штаб полка «самострела» Шидловского, прострелившего себе палец.

- Ладно, потом разберутся, а сейчас идешь с нами! - приказал Полещук.

На высоту взошли ночью, и сразу же, не выдавая себя лишними шумами (кашлять — и то в шапку), приступили к рытью ячеек, соединяя их траншеей. Через пару суток почти стометровая траншея с одиннадцатью ячейками была готова. Но обещанная рота так и не подошла. Поняв, что ее и не будет, Полещук приказал:

- Обороняться будем перебегая от ячейке к ячейки, чтобы создать видимость, что нас здесь много.

Красноармейцы были вооружены винтовками. Автомат был только у Полещука. Плюс станковый пулемет командира пулеметного отделения Попова с его наводчиком Шибеко.

3 ноября высота открыла огонь, атаковав взвод финнов. При этом Полещук приказал снайперу Лисицину взять на прицел двух офицеров и пулеметчика, а Попову — не открывать огня до его команды.

В 14 часов подошла финская разведка, около 20 солдат. Разделившись на три группы, враги двинулись к вершине высоты, видимо, с задачей узнать, случайно ли обстреляно их подразделение? С разведкой управились, истребив ее почти полностью. Сам Полещук уничтожил пятерых финнов.

С наступлением темноты финны вновь пошли на приступ. И вновь безуспешно. Но силы были слишком неравные. Полещук послал двух бойцов за подмогой. Но они вскоре вернулись ни с чем: высота оказалась блокированной со всех сторон.

 

День второй. 4 ноября 1941 года

 

Ухнуло орудие. Снаряд упал с недолетом.

- Тяжелая артиллерия, - определил Василий. - А что, неплохо мы им досадили, раз такие снаряды на нас тратят.

Разрывы всклубливали на высоте смерчи земли и пыли, мешая наблюдать за дорогой, за просеками. Бойцы заняли круговую оборону — финны могли подойти с любой стороны. Со свистом влетали мины. Ударила скорострельная пушка, била прямой наводкой. И вот на просеках показались финны. Двигались короткими перебежками, то открывая огонь, то залегая.

- Элекен! - орали серые фигуры, надвигаясь на советских солдат. Молчит высота, подпуская врага на верный выстрел. Молчит пулемет Шибеко. Метров с семидесяти финны, поднявшись во весь рост, кинулись на штурм русских позиций. Но дружный огонь с траншеи заставил их вновь залечь, а затем и отойти. Нетерпеливый Попов то и дело подбегал к Полещуку с просьбой открыть огонь, но тот решительно возражал:

- Этих мы отобьем винтовками и автоматом. Пулемет еще пригодится.

В 11 часов снизу на ломаном русском языке раздалось:

- Русь, сдавайся! Вас мало, хочешь жить — бросай оружие!

- Ах, сволочи, - выругался Василий, - агитировать начали. Получайте! - и он выпустил короткую очередь в направлении голоса.

В очередной раз высоту штурмовало до роты вражеских солдат. Несмотря на плотный встречный огонь, им удалось подойти на близкое расстояние, они залегли перед решающим штурмом. И вот их атака. Нельзя больше держать в резерве пулемет. Раздалась команда Полещука «Максим!», но пулемет молчал еще какое-то время. Оказалось, Шибеко специально выждал, когда финны повыше поднимутся и срезал первой же очередью большую группу. Финны залегли, но когда Шибеко менял ленту, они вновь бросились к траншее, забрасывая ее гранатами. Одна из гранат взорвалась рядом с пулеметом, осколок пробил кожух, придавив его к стволу, охлаждающая жидкость вытекла. Не растерявшись, Попов с Шибеко отсоединили тело пулемета от станка и вставили ленту в окно приемника. В тот момент, когда с десяток врагов кинулось добивать пулемет, «Максим» ожил. Пулеметчик перебегал с телом пулемета туда, где создавалась наиболее опасная обстановка. Убили снайпера Лисицина, красноармейца Шидловского и еще одного. Тяжело ранили второго номера пулемета Ермакова, ранило в лицо самого Полещука, но высота не сдавалась. В этот день бойцы Полещука отбили четыре атаки финнов.

 

День третий. 5 ноября 1941 года

Ночью стреляли только финны, высота берегла патроны. Но в 10 часов враг вновь повел наступление. Его расстреливали на дальних подступах, ведь ряды бойцов поредели и на исходе были боеприпасы. Финны близко не подходили, шли силами взвода, теряя солдат и вновь накатываясь на высоту. Перестрелка продолжалась до вечера, ранило друга Василия красноармейца Минайлова. Ему сделали перевязку и он снова в ступил в бой.

День прошел относительно спокойно, но уже трое суток бойцы не держали во рту ни крошки хлеба, не было воды. Ни у кого даже мысли не возникало сдаться в плен. Когда бойцы улеглись на ночь, Василий, которого тошнило от потери крови и голода, стал думать, как утром поднять таких же обессиленных товарищей и смогут ли они вообще дойти до ячеек. И когда занялся рассвет, он, откидывая полу шинели, служащей дверью землянки, нашел в себе силы пошутить:

- Ну что, земляки, устроим финнам еще одну русскую баньку?

 

День четвертый, 6 ноября 1941 года

 

Наступление финнов началось с утра. В строю вместе с ранеными оставалось восемь бойцов. И Василий дал команду расстреливать наступающих с дальних дистанций, получше прицеливаясь. Пулемет, хотя и в строю, без охлаждения быстро перегревается, ненадежный помощник.

Снова артподготовка, атаки финнов, снова «Русь, сдавайся!». Одна из пуль сразила насмерть раненого Минайлова. Снова летели гранаты, во второй раз ранили Василия. Похвалил себя, что не поленился одеть под шинель фуфайку. Потом в госпитале хирург вытащит из его тела около двух десятков осколков и удивится:

- Однако, молодой человек, у вас не кожа, а броня. Поразительно!

…Темнело. Финны прекратили атаки. Бойцы собрались в землянке, пересчитали патроны. Мало, по 5-6 на брата и по паре гранат. Ленты пулемета совершенно пусты. Диск автомата по сути тоже пустой. В кармане Василия лежал 21 патрон от нагана.

- Будем драться до последнего патрона, потом побросаем гранаты — и врукопашную, все же загрызем еще несколько гадов, - подытожил Василий.

К полуночи со стороны наших завязалась перестрелка. Авторитетно постукивало несколько «Максимов». Спустя полчаса высота была деблокирована. Потом подсчитали количество убитых и не вынесенных с поля боя финских солдат и офицеров — их было около полутора сотен.

Спустя некоторое время был взят в плен финский оберст (полковник). После допроса он спросил комдива Гнедина:

- Покажите мне, пожалуйста, того оберста, который так искусно организовал оборону на высоте, где мы потеряли почти батальон солдат, но не добились успеха?

И когда в штаб дивизии вошел молодой сержант, с заостренными скулами на исхудалом и израненном лице, пленный в растерянности произнес:

- Не может быть...

 

После этого боя Василию Полещуку присваивают звание лейтенанта, короткое время спустя — старшего лейтенанта, капитана. Он командует взводом, ротой автоматчиков. 13 февраля 1942 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Полещук за ноябрьский бой награжден Звездой Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина. Затем - знаменитые высшие стрелково-тактические курсы «Выстрел», командование стрелковыми батальонами в составе 48-й армии 1-го Белорусского фронта. И вновь за боевые подвиги высокие воинские награды - ордена Красного Знамени, Александра Невского.

И взятие Берлина.

 

Виктор ДЕБЕЛОВ.

Фото из архивов автора.

Категория: